|
Взрыв огромным консервным ножом вспорол корпус ракеты. Людей выбросило в космос, подобно дюжине трепещущих серебристых рыб. Их разметало в черном океане, а корабль, распавшись на миллион осколков, полетел дальше, словно рой метеоров в поисках затерянного Солнца. Беркли, Беркли, ты где? Слышатся голоса, точно дети заблудились в холодной ночи. Вуд, Вуд! Капитан! Холлис, Холлис, я Стоун. Стоун, я Холлис. Где ты? Не знаю. Разве тут поймешь? Где верх? Я падаю. Понимаешь, падаю. Они падали, падали, как камни падают в колодец. Их разметало, будто двенадцать палочек, подброшенных вверх исполинской силой. И вот от людей остались только одни голоса несхожие голоса, бестелесные и исступленные, выражающие разную степень ужаса и отчаяния. Нас относит друг от друга. Так и было. Холлис, медленно вращаясь, понял это. Понял и в какой-то мере смирился. Они разлучились, чтобы идти каждый своим путем, и ничто не могло их соединить. Каждого защищал герметический скафандр и стеклянный шлем, облекающий бледное лицо, но они не успели надеть силовые установки. С маленькими двигателями они были бы точно спасательные лодки в космосе, могли бы спасать себя, спасать других, собираться вместе, находя одного, другого, третьего, и вот уже получился островок из людей, и придуман какой-то план
А без силовой установки на заплечье они неодушевленные метеоры, и каждого ждет своя отдельная неотвратимая судьба
|